ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава

Джон Фаулз. Волхв

--------------------------------------------------------------- 2-ая редакция романа с вступлением создателя Перевел с британского Борис Кузьминский (boris@russ.ru) Фаулз Дж. Волхв, М.: Независящая газета, 1993 OCR: Проект "Общий Текст"---------------------------------------------------------------

Вступление

В этой редакции проблематика и сюжет "Волхва" не претерпелизначительных перемен. Но правку нельзя именовать и чисто стилистической. Рядэпизодов фактически переписан поновой, один-два добавлены. Такую, казалосьбы ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава, бестолковую работу я сделал не в последнюю очередь поэтому, что извсего мной написанного самый сильный энтузиазм публики - если авторская почтачто-то обосновывает - возбудила эта самая книжка. Мне не давала покоя идея отом, что завышенным спросом пользуется произведение, к которому и у меня, иу рецензентов накопилось столько ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава проф претензий. Я окончил "Волхва" в 1965 году, уже будучи создателем 2-ух книжек {Роман"Собиратель" (1963) и цикл афоризмов в духе Паскаля "Аристос" (1964).(Тут и дальше, не считая помеченного на стр. 8, - прим. перев.)}, но, еслиотвлечься от даты публикации, это мой 1-ый роман. Подготовительные наброскиотносятся к началу 50-х; с того времени сюжет и ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава поэтика не раз видоизменялись.Поначалу в их преобладал магический элемент - в подражание шедевру ГенриДжеймса "Поворот винта". Но точных ориентиров у меня тогда не было, ни вжизни, ни в литературе. Здравый смысл давал подсказку, что на публикацию моихписаний рассчитывать нечего; фантазия же не могла отречься от любимогодетища, неуклюже и старательно тщилась ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава донести его до ушей человечьих;отлично помню, что мне приходилось отторгать один кусок за другим, иботекст не достигал подходящей изобразительной точности. Несовершенство техники ипричуды воображения (в их видится быстрее неспособность воссоздать ужесуществующее, чем сделать не существовавшее доныне, хотя поближе к истиневторое) сковывали меня по рукам и ногам ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава. И когда в 1963 году фуррор"Собирателя" придал мне некую уверенность в собственных силах, именноистерзанный, многажды перелицованный "Волхв" потеснил другие планы,выношенные в 50-х... а ведь само мало два из их, на мой вкус,были куда масштабнее и принесли бы мне большее почтение - во всяком случае,в Великобритании. В 1964-м я взялся за ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава работу: скомпоновал и переработал ранее написанныекуски. Но через сюжетную ткань "Волхва" все таки проглядывало ученичество,путные записки исследователя неизвестной страны, полные ошибок ипредрассудков. Даже в той версии, которая увидела свет, куда большестихийного и недодуманного, чем считает вкусивший вкус читатель; критикаусерднее всего клевала меня за то, что книга-де ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава - холодно-расчетливая пробафантазии, умственная игра. А по сути один из коренных ее пороков- попытка скрыть текучее состояние разума, в каком она писалась. Кроме сильного воздействия Юнга, чьи теории в то время глубоко меняинтересовали, "Волхв" должен своим существованием трем романам. Усерднеевсего я придерживался схемы "Огромного Мольна" Алена-Фурнье - настолькоусердно, что в ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава новейшей редакции пришлось убрать ряд чрезвычайно откровенныхзаимствований. На прямолинейного литературоведа параллели особоговпечатления не произведут, но без собственного французского прообраза "Волхв" былбы кардинально другим. "Большой Мольн" имеет свойство повлиять на нас(по последней мере, на неких из нас) кое-чем, что лежит за пределамисобственно словесности; конкретно это ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава свойство я пробовал сказать и своемуроману. Другой недочет "Волхва", против которого я также не сумел найтилекарства, тот, что я не осознавал: описанные в нем переживания - неотъемлемаячерта молодости. Герой Анри Фурнье, не в пример моему персонажу, явственно ибезобманно молод. 2-ой эталон, как ни покажется странноватым, - это, безусловно, "Бевис"Ричарда Джеффриса {Роман "Бевис. История ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава 1-го мальчугана" (1882) - самоепопулярное произведение писателя и натуралиста Ричарда Джеффриса. В этойпространной книжке скрупулезно описывается пребывание молодого героя народительской ферме. Огромную часть времени мальчишка предоставлен себе;фермерский надел для него преобразуется в замкнутую, загадочною страну,населенную растениями, животными и даже демонами.}, книжка, покорившая моедетское воображение. Писатель, по ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава-моему, формируется достаточно рано, сознаетон это либо нет; а "Бевис" похож на "Огромного Мольна" тем, что сплетает изповседневной действительности (действительности малыша предместий, рожденного взажиточной семье, каким и я был снаружи) новейшую, незнакомую. Говорю это, чтобыподчеркнуть: глубинный смысл и стилистика таких книжек остаются с человеком ипосле того, как он их ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава "перерастает". Третью книжку, на которую опирается "Волхв", я в то время не распознал,а сейчас выражаю благодарность внимательной студентке Ридингскогоуниверситета, написавшей мне через много лет после выхода романа и указавшейна ряд параллелей с "Большенными ожиданиями". Она и не подозревала, что этоединственный роман Диккенса, к которому я всегда относился с ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава восхищением илюбовью (и за который прощаю ему бессчетные погрешности остальныхпроизведений); что, работая над эскизами к собственному роману, я снаслаждением разбирал эту книжку в классе; что серьезно подумывал, не сделатьли Кончиса дамой (мисс Хэвишем) - план, частично воплощенный в образег-жи де Сейтас. В новейшую редакцию я включил маленький отрывок, дань уваженияэтому неявному эталону ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава. Кратко о паре более приметных различий. В 2-ух эпизодах усилен элементэротики. Я просто нагнал то, на что ранее у меня не хватало духу. Второеизменение - в концовке. Хотя ее мысль никогда не казалась мне стользашифрованной, как, похоже, решили некие читатели (может быть, поэтому, чтоне дали подабающего значения двустишию ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава из "Всенощной Венере" {Анонимнаяримская поэма 2-ой половины II - первой половины III вв.}, которымзавершается книжка), я поразмыслил, что на желаемую развязку можно намекнуть ияснее... и сделал это. Редчайший создатель любит распространяться об автобиографической базе своихпроизведений - а она, обычно, не исчерпывается временем и местомнаписания книжки, - и я не исключение. И все ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава таки: мой Фраксос ("островзаборов") - по сути греческий полуостров Спеце, где в 1951-1952 годах япреподавал в личной школе, тогда не очень похожей на ту, какая описана вкниге. Пожелай я вывести ее как есть, мне пришлось бы написать сатирическийроман {Существует и очередной, очень любознательный, роман об этой школе: КеннетМэтыоз, "Алеко" ("Питер Дэвис ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава", 1934). Француз Мишель Деон также выпустилавтобиографическую книжку "Балкон на Спеце" ("Галлимар", 1961). (Прим.создателя).}. Известный миллионер, купивший участок острова, не имеет никакогоотношения к моему, выдуманному; г-н Ниархос появился на Спеце гораздопозже. А прежний обладатель виллы Бурани, чьими наружностью и роскошнымиапартаментами я пользовался в романе, ни в коей мере не ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава макет моегоперсонажа, хотя, как мне понятно, это становится кое-чем вродеместного предания. С тем джентльменом, другом старика Венизелоса, мывиделись только два раза, оба раза мимолетно. Запомнился мне его дом, а не он сам. По слухам, - мне бывать там больше не доводилось, - на данный момент Спеце совсемне тот, каким я изобразил ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава его сходу после войны. Разговаривать там было практически нес кем, хотя в школе работали сходу два преподавателя-англичанина, а не один,как в книжке. Счастливый случай познакомил меня с расчудесным сотрудником, нынестарым другом, Денисом Шароксом. Энциклопедически образованный, он отличнопонимал греческий государственный нрав. Это Денис отвел меня на виллу. Онвовремя отказался ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава от литературных притязаний. Поморщившись, заявил, что,гостя в Бурани прошедший раз, сочинил последнее в собственной жизни стихотворение.Почему-либо это подстегнуло мою фантазию: уединенная вилла, великолепныйландшафт, прозрение моего компаньона; очутившись на мысу и приближаясь квилле, мы услышали музыку, внезапную посреди древнего пейзажа... неблагородные плейелевские клавикорды {Игнац Плейель (1757-1831) - композитор,основоположник ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава фабрики клавишных инструментов в Париже.}, как в романе, а нечто,очень некстати приводящее на мозг валлийскую часовню. Надеюсь, этафисгармония сохранилась. Она тоже почти все мне дала подсказку. В те деньки чужаки - даже греки - были на полуострове большой редкостью.Помню, к нам с Денисом примчался мальчуган, спеша сказать ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава, что с афинскогопарохода сошел некий британец, - и мы, как два Ливингстона, отправилисьприветствовать соотечественника, посетившего наш пустынный полуостров. В другойраз приехал Кацимбалис, "марусский великан" Генри Миллера {"Марусский великан"(1941) - очерковая книжка Генри Миллера о поездке в Грецию. Кацимбалис -поэт, представитель афинской богемы, сопровождавший Миллера в странствиях поЭлладе и, а именно, в плавании ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава на полуостров Спеце. Местный пейзаж, видимо,не произвел на создателя "Тропика Рака" особенного воспоминания. "У деревни былбледный вид, как будто дома мучались морской заболеванием и их только-только вывернулонаизнанку", - вскользь кидает Миллер.}, и мы поторопились засвидетельствоватьему уважение. Тогдашняя Греция трогательно напоминала одну огромную деревню. Необитаемую часть Спеце поистине ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава населяли призраки, правда, бесплотнее(и прекраснее) тех, что я придумал. Молчание сосновых лесов было, как нигде,бесхитростно; как будто нескончаемый незапятнанный лист, ожидающий нотки ли, слова. Там выпереставали чувствовать течение времени, присутствовали при зарожденьи легенд.Казалось, уж тут-то никогда ничего не происходит; но все таки нарушь некоеравновесие - и что-то ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава произойдет. Местный дух-покровитель состоял в родствес тем, какой описан в наилучших стихах Малларме - о незримом полете, о словах,бессильных пред неописуемым. Тяжело передать все значение тех впечатленийдля меня как писателя. Они напитали мою душу, отпечатались в ней поглубже,ежели другие мемуары о людях и природе Эллады. Я уже сознавал ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава, что входво многие сферы британского общества мне заказан. Но самые грозные запреты увсякого романиста - впереди. На 1-ый взор то были безрадостные воспоминания; с ними сталкиваетсябольшинство начинающих писателей и живописцев, ищущих вдохновения в Греции.Мы окрестили это чувство неприкаянности, переходящее в апатию, эгейскойхандрой. Необходимо быть настоящим творцом, чтоб сделать ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава что-то стоящее средичистейших и гармоничнейших на Земле пейзажей, к тому ж понимая, что люди,которые были им под стать, перевелись в давние времена. ОстровнаяГреция остается Цирцеей; скитальцу художнику не след канителить тут, если онхочет уберечь свою душу. Никаких событий, напоминающих сюжет "Волхва", не считая упомянутых, наСпеце ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава не происходило. Реальную базу сюжета я взял в долг из своегоанглийского житья-бытья. Я сбежал от Цирцеи, но излечение оказалосьмучительным. Позднее мне стало ясно, что романист нуждается в утратах, что ониполезны книжкам, хоть и болезненны для "я". Смутное ощущенье утраты,упущенного шанса принудило меня привить личные трудности, с которыми ястолкнулся ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава по возвращении в Великобританию, к мемуарам об полуострове, о егобезлюдных просторах, равномерно превращавшихся для меня в утраченный рай, взапретное поместье Алена-Фурнье, а может, и в ферму Бевиса. Вырисовывалсягерой, Николас, тип если не современника вообщем, то человека моегопроисхождения и среды. В фамилии, которую я ему выдумал, есть скрытыйкаламбур. Ребенком я выговаривал ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава буковкы th как "ф", и Эрфе на самом делеозначает Earth, Земля - словечко, возникшее за длительное время до напрашивающейсяассоциации с Оноре д'Юрфе и его "Астреей". Произнесенное, надеюсь, снимает с меня обязанность толковать "смысл" книжки.Роман, даже доходчивее и интереснее написанный, не кроссворд сединственно вероятным набором правильных ответов - образ, который ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава я тщетнопытаюсь ("Почетаемый мистер Фаулз! Растолкуйте, пожалуйста, что значит...")вытравить из голов сегодняшних интерпретаторов. "Смысла" в "Волхве" не больше,чем в кляксах Роршаха, какими пользуются психологи. Его мысль - это отклик,который он будит в читателе, а данных заблаговременно "верных" реакций, насколькоя знаю, не бывает. Добавлю, что, работая над ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава вторым вариантом, я не стремился учестьсправедливые замечания об излишествах, переусложненности, надуманности ит.п., высказанные маститыми обозревателями по поводу варианта первого.Сейчас я знаю, читателей какого возраста завлекает роман сначала,и пусть он остается чем был - романом о молодости, написанным рукоювеликовозрастного юнца. Оправданием мне служит тот факт, что ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава живописец долженсвободно выражать свой опыт во всей его полноте. Другие вольныпересматривать и хоронить свое личное прошедшее. Мы - нет, какая-то частьнашей души пребудет юной до смертного часа... зрелость наследует простодушиемолодости. В самом откровенном из новейших романов о романистах, впоследнем, горячечном творении Томаса Харди "Любовь", немолчно звучитжалоба на то, что юное ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава "я" повелевает как бы "зрелым", пожилымхудожником. Можно сбросить с себя это иго, как сделал сам Харди; нопоплатишься способностью писать романы. И "Волхв" есть поспешное, хоть и невполне осознанное, празднество возложения ярма. Если и находить связную философию в этом - быстрее ирландском, нежелигреческом - рагу из гипотез о сущности людского существования, то ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава находить вотвергнутом названии, о котором я время от времени жалею: "Игра в бога". Я желал,чтоб мой Кончис показал набор личин, воплощающих представления обоге - от магического до научно-популярного; набор неверных понятий о том,чего по сути нет, - об абсолютном знании и абсолютном могуществе.Разрушение схожих миражей я до сего ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава времени считаю первой задачей гуманиста;желал бы я, чтоб некоторый сверх-Кончис пропустил арабов и израильтян,ольстерских католиков и протестантов через эвристическую мясорубку, в какойпобывал Николас. Я не оправдываю поведение Кончиса во время экзекуции, но признаю важностьвставшей перед ним проблемы. Бог и свобода - понятия полярно обратные;люди веруют ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава в измышленных богов, обычно, поэтому, что страшатсядовериться дьяволу. Я прожил довольно, чтоб осознать, что руководствуютсяони при всем этом хорошими побуждениями. Я же следую основному принципу, которыйпытался заложить и в эту книжку: настоящая свобода - меж тем и другим, а нев том либо в другом только, а означает, она не может ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава быть абсолютной. Свобода,даже самая относительная - может быть, химера; но я и по сей деньпридерживаюсь другого представления. 1976 Джон Фаулз

* ЧАСТЬ 1-ая *

Схожее духовное безразличие, без всякого сомнения, отличает толькозакоренелых развратников. Де Сад. "Злосчастная судьба добродетели" {Роман маркиза де Сада "Жюстина, либо Злосчастная судьба добродетели"тут и дальше цитируется ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава в переводе А. Царькова и С. Прохоренко.} Я родился в 1927 году - единственный отпрыск бедных британцев, которым досамой погибели не удавалось вырваться за границы тени уродливой карлицы,царицы Виктории, затейливо простершейся в грядущее. Окончил школу, двагода болтался в армии, поступил в Оксфорд; тут-то я и начал осознавать, чтосовсем не тот ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава, каким мне хотелось бы быть. Что генеалогия моя никуда не годится, я узнал давным-давно. Отец -бригадный генерал, при этом совсем не благодаря выдающимся профессиональнымкачествам, а просто поэтому, что достигнул подходящего возраста в подходящий момент;мама - обычная супруга грядущего генерал-майора. А конкретно: она никогда ему неперечила и вела себя так ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава, как будто супруг смотрит за ней из примыкающей комнаты, дажеесли он находился за тыщи миль от дома. Во время войны отец наезжал изредка,и мало-мальски симпатичный образ, придуманный мною, пока он отсутствовал,каждый раз приходилось подвергать генеральному пересмотру (каламбурнеуклюжий, но четкий) в 1-ые же деньки его побывки ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава. Как хоть какой человек не на собственном месте, он жить не мог без банальщины имелочной показухи; мозги ему подменяла кольчуга отвлеченных понятий:Дисциплина, Традиции, Ответственность... И когда я осмеливался сделать возражение ему- что бывало очень изредка, - он принимался утюжить меня сими священнымисловами, как какого-либо зарвавшегося лейтенантика. А ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава если жертва и здесь непадала замертво, давал волю рыжеватому цепному псу - гневу. По преданию, наши праотцы эмигрировали из Франции после отмены Нантскогоэдикта - великодушные гугеноты, далекие родственники Оноре д'Юрфе, создателя"Астреи" (блокбастера семнадцатого столетия). С того времени никто в семье -исключая неизменного корреспондента Карла II Тома Дюрфея {Томас ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава Дюрфей (1653-1723) - престижный литератор, состоял впереписке с обилием "сильных мира этого".}, родство с которым не менеесомнительно - не проявлял склонности к творчеству: поколения военных,священников, моряков, помещиков сменяли друг дружку, разнясь покроем одежд,сходясь в разорительном пристрастии к азартным играм. Двое из четверыхсыновей моего деда не возвратились с первой мировой; 3-ий избрал ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава самый пошлыйспособ управиться с наследственностью и сбежал в Америку от карточныхдолгов. Отец - младший потомок, владеющий всеми плюсами, какиепривыкли приписывать старшим, - всегда гласил о нем как о мертвом, но какзнать, может, он еще живой, а у меня на той стороне Атлантики имеютсядвоюродные братцы и сестрички. В старших классах я сообразил, что жизнь ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава, которая мне по нраву, не вызовет вродителях ничего, не считая огульного неприятия, а поменять их взоры, как досадно бы это не звучало,нереально. Я делал успехи в британском, публиковал в школьном журнальчике стихипод псевдонимом, считал Д. Г. Лоуренса самой выдающейся личностью нашейэпохи; предки же Лоуренса, естественно, не открывали, а ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава если и слышали о нем,то только в связи с "Хахалем леди Чаттерли". Некие их черты -эмоциональную мягкость мамы, отцовские приступы безоглядного веселья - ещеможно было вынести; но нравилось мне в их совершенно не то, чем они самигордились. И когда Гитлеру пришел конец, а мне исполнилось восемнадцать, ониуже ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава стали для меня просто источником средств. Благодарность я им выказывал,но на большее меня не хватало. Я вел двойную жизнь. В школе у меня была не очень удачная в военноевремя репутация эстета и циника. Но Традиции и Жертвенность гнали меня встрой. Я убеждал всех - и директор школы впору ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава поддержал меня, - чтоуниверситет может и подождать. В армии двойная жизнь длилась: на людяхя играл тошнотворную роль отпрыска бравого генерала Эрфе, а в одиночествелихорадочно всасывал толстые антологии издательства "Пингвин" и тонкиепоэтические сборники. Как сумел, демобилизовался. В Оксфорд я поступил в 1943 году. На 2-ой год учебы в колледжеМагдалины, после летних каникул ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава, во время которых я нанес родителямнаикратчайший визит, отец получил предназначение в Индию. Мама он забрал ссобой. Самолет, на котором они летели, - груда стальных дров, пропитанныхбензином, - попал в грозу и разбился в сорока милях восточное Карачи.Оправившись от удара, я практически сходу ощутил облегчение, вздохнулнаконец свободно. Ближний родственник, брат мамы ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава, жил на собственной ферме вРодезии, и никакие семейные узы сейчас не мешали развитию того, что я считалсвоим настоящим "я". Может, сыновняя почтительность и была моим слабымместом, зато в новых веяниях я разбирался как никто. Либо задумывался, что разбирался - совместно с другими грамотеями, моими приятелямипо институту. Мы организовали маленький клуб ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава под заглавием Les HommesRevoltes {"Бунтующие люди" (франц.). Аллюзия на эссе Альбера Камю "Человекбунтующий".}, пили очень сухой херес и (в пику шерстяным лохмотьям концасороковых) нацепляли серые костюмчики и темные галстуки. Собираясь,толковали про бытие и ничто {"Бытие и ничто" (1943) - библия французскогоэкзистенциализма, философский трактат Жана-Поля Сартра.}, а свойизощренно-бессмысленный стиль ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава жизни называли экзистенциалистским. Невеждамон показался бы вычурным либо жлобским; до нас не доходило, что герои (илиантигерои) французских экзистенциалистских романов действуют в литературе, ане в действительности. Мы пробовали подражать им, принимая метафорическое описаниесложных мировоззренческих систем за самоучитель правильного поведения.Назубок зубрили, как себя вести. Большинству из нас, в духе вечногооксфордского дендизма, просто хотелось ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава смотреться уникальными. И клуб давалнам такую возможность. Я заполучил привычку к роскоши и жеманные манеры. Оценки у меня былисредненькие, а амбиции лишние: я возомнил себя поэтом. На самом деле ничто такне воинственно поэзии, как безразлично-слепая скукотища, с которой я тогда смотрелна мир в целом и ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава на свою жизнь а именно. Я был очень молод,чтоб осознать: за цинизмом всегда прячется неспособность к усилию - однимсловом, импотенция; быть выше борьбы может только тот, кто по-настоящемуборолся. Правда, воспринял я и малую долю сократической честности,полезной во все времена - конкретно она стала важным вкладом Оксфорда в нашукультуру. Благодаря ей я ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава с грехом напополам усвоил, что мятеж против прошедшего -это еще не все. Как-то я наговорил друзьям огромное количество гадостей об армии, авернувшись к для себя, вдруг пошевелил мозгами: то, что я с легкостью высказываю вещи, откоторых моего покойного отца хватил бы кондрашка, совсем не значит, что ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава яизбавился от его воздействия. Циником-то я был не по природе, а по статусубунтаря. Я отторг то, что не мог терпеть, но не отыскал предмета любви и потомуделал вид, что ничто в мире любви не заслуживает. Всесторонне приготовленный к провалу, я вступил в огромную жизнь. Вотцовской кольчуге абстракций ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава не было звена под заглавием Бережливость; егосчет у Лэдброка {Крупная тотализаторная компания в Лондоне.} достигал комическибольших размеров, а растраты были грандиозны, ибо, ища популярности, онвосполнял недочет притягательности излишком спиртного. Того, что осталось посленашествия законников и налоговых инспекторов, на жизнь очевидно не хватало. Кудабы я ни пробовал устроиться - в дипкорпус, на штатскую службу ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава, вМинистерство колоний, в банки, в торговлю, в рекламу, - неважно какая работаказалась очень пресной и простой. Я прошел несколько собеседований.И, коль скоро не собирался проявлять того щенячьего интереса, которого унас требуют от начинающего бюрократа, никуда не был принят. В конце концов, как и до меня - многие выпускники Оксфорда, я ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава написалпо объявлению в "Таймс эдьюкейшнл саплмент" {Приложение к газете "Таймс" попроблемам образования.} и поехал в небольшую школу на востоке Великобритании; тамменя допросили с пристрастием и предложили место. Позднее выяснилось, чтокроме меня на него имелось только два претендента, оба из Редбрика {Редбрик(red brick, красноватый кирпич) - ироничное заглавие ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава провинциальныхуниверситетов, готовящих дипломированные кадры для местных нужд.}; семестрначинался через три недели. Инкубаторские дети, мои ученики, были очень плохи; тесноватый городок- кошмарен; но что поистине нереально было вынести - так это учительскую.На урок я шел чуть не с облегчением. Скукотища, мертвящая предрешенностьгодового актуального цикла тучей нависала над нами. То ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава была скукотища реальная,а не хандра, какую я напускал на себя, следуя моде. Она порождала лицемерие,ханжество, порождала бессильный гнев стариков, знающих, что потерпели крах,и юных, ожидающих того же краха. Старшие учителя напоминали обреченныхказни; при виде многих из их кружилась голова, как будто ты заглядывал вбездонную дыру тщеты людской ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава... по последней мере, так было со мной кконцу первого года работы. Нет, схожая Сахара - не для моих прогулок; чем острее я чувствовал это,тем яснее становилось: оцепенело-напыщенная школа - только игрушечный макетцелой страны; бежать нужно от обеих. Вприбавок там сшивалась женщина, котораямне надоела. По окончании семестра я удостоверился, что мои размышления ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава встреченысочувственно. Я не раз намекал на свою непоседливость, из чего директор живозаключил, что я собираюсь или в Америку, или в доминионы. - Я еще не решил, государь директор. - А ведь мы могли бы сделать из вас красивого учителя, Эрфе. Ну и вы,понимаете ли, принесли к нам ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава новые веяния. Ну, что сейчас об этом гласить. - Боюсь, вы правы. - Не вижу ничего неплохого во всех этих заграницах. Мой вам совет:оставайтесь. А вобщем... vous l'avez voulu, Georges Danton. Vous l'avezvoulu {Вы этого желали, Жорж Дантон Вы этого желали (франц.). Директорневерно цитирует крылатую фразу из пьесы Мольера ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава "Жорж Данден".}. Ошибка сладкоречивая. В денек моего отъезда лил дождик. Но я был полон веселого нетерпения -такое чувство, как будто у тебя отрастают крылья. Я не знал, куда отправлюсь,но знал, что буду находить. Чужую землю, чужих людей, чужой язык; и, хотятогда я не мог облечь это в слова - чужую тайну ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава. Сначала августа, вспомнив, что работу за границей можно отыскать черезБританский совет, я отправился на Дэвис-стрит. Приняла меня деловая леди,ушибленная неуввязками культуры - ее лексика и манера гласить обличаливыпускницу Роудина {Роудин-скул - привилегированная женская школа близБрайтона.}. Естественно, принципиально, доверительно сказала она, чтоб за рубежом"нас" представляли ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава самые достойные, но давать объявление о каждой вакансии,беседовать с претендентами - такая волынка; ну и линия на данный момент, честно говоря,на сокращение экспорта кадров. После всех этих вступлений я вызнал, чторассчитывать приходится только на место школьного учителя британского языка -это вас не очень стращает? - Очень, - ответил я. В конце августа ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава, практически не ждя результата, я отдал объявление, какихнавалом в хоть какой газете: лаконически сказал, что готов заниматься чем и гдеугодно, и получил несколько откликов. Не считая брошюрок с напоминаниями, чтосудьба моя в руце Божьей, пришло три трогательных послания от прохиндеев,жаждущих поправить дела за мой счет. И очередное ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава, предлагавшее нестандартнуюи высокооплачиваемую работу в Танжере (владею ли я итальянским?) {Танжерсчитается меккой гомосексуалистов.}, но мое письмо туда осталось без ответа.Надвигался сентябрь; я начал терять надежду. Скоро, припертый к стене,совершенно отчаюсь и опять примусь перелистывать тлетворные странички "Эдьюкейшнлсаплмент" - нескончаемый блеклый перечень безграничных блеклых занятий. Иоднажды днем я ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава возвратился на Дэвис-стрит. Нет ли у их чего-нибудь в Средиземноморье? Моя знакомая с угрожающейготовностью бросилась за картотечным ящиком. Сидя в приемной подкирпично-помидорным Мэтью Смитом {Мэтью Смит (1870-1959) - живописец, близкий кмодернизму.}, я лицезрел себя в Мадриде, в Риме, либо в Марселе, либо вБарселоне... даже в Лиссабоне. За границей все по ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС 1 глава другому: там не будетучительской, и я впритирку примусь за стихи. Возвратилась. Безрассудно жалко, нохорошие места уже заняты. Вот все, что осталось. Она показала мне запрос изМилана. Я покачал головой. Она посмотрела сочувственно. - Ну, тогда самоепоследнее. Мы его только-только напечатали. - Протянула нарезку. -

ШКОЛА ЛОРДА БАЙРОНА, ФРАКСОС


shkali-ocenki-virazhennosti-komponentov-kompleksa-ozhivleniya.html
shkali-vnutrennego-ya-otgranicheniya.html
shkatulka-cherepashki-nindzya-i-karlik-kon.html